Когда участвуешь «за компанию»

Чем занимается психолог в школе и как войти в число лучших специалистов в России, когда можно было бы работать юристом, газете «Советская Сибирь» рассказал житель Новосибирска.

Владимир Седышев — педагог-психолог в школе № 155 в Октябрьском районе Новосибирска, где также руководит профессиональным объединением коллег. В 2025 году он стал лауреатом Всероссийского конкурса профессионального мастерства «Педагог-психолог».

— В 2024 году, когда ­начался набор участников из Октябрьского района, моя коллега очень сомневалась, стоит ли подавать заявку, — вспоминает Владимир Владимирович. — Я решил поддержать ее и тоже зарегистрировался, думая, что так ей будет комфортнее. А в итоге так увлекся, что включился не на шутку в борьбу. Конкурс действительно весьма непростой, понадобились серьезные усилия. Чем дальше я проходил, тем больше от меня требовалось профессио­нальной глубины, системности, умения показать свои подходы и изменения. Одним из заданий было подготовить характеристику своей профессиональной дея­тельности. По сути, мне нужно было обобщить весь свой опыт: вспомнить, с кем взаимодействовал, какие мероприя­тия проводил, каких результатов достиг. Выполнение этого задания растянулось почти на восемь месяцев: на каждом этапе конкурса я постоянно что-то дополнял, переосмысливал. Иными словами, это был глубокий анализ своей динамики — и профессиональной, и личностной. Переосмысление моей профессиональной идентичности позволило более содержательно подготовить и другие конкурсные задания: «Визитную карточку» и «Мастер-класс».

Владимир Седышев родился в городе Фрунзе в Киргизии, учился в гимназии, где изучал четыре языка. Параллельно на дистанционной площадке обучался в школе в Москве, созданной по программе мэра Юрия Лужкова, где восполнял недостающие знания, например по истории России, а по окончании 11-го класса поехал в столицу сдавать выпускные экзамены. Вот так и получилось, что у Владимира Владимировича сразу два аттестата о среднем образовании.

В десятом классе прошел профориентационный тест Климова и узнал, что имеет склонность к профессиям профилей «человек — человек» и «человек — знаковая система». Оставалось выбрать — психолог или юрист. Владимир Седышев выбрал второе и поступил в Высшую школу экономики в Москве, но чуть ранее в дело вмешалось российское посольство. Для жителей Киргизии оно организовало конкурс и предложило всем призерам бесплатно получить высшее образование в России. Лучшее предложение, где готовили педагогов-психологов, было в Новосибирском педагогическом университете. Вот так Владимир Седышев оказался в Сибири.

Вместе с супругой, которая также трудится в педагогической сфере, Владимир Владимирович воспитывает двоих детей. Старшая дочь увлекается художественной гимнастикой, готовится стать кандидатом в мастера спорта. Сын осваивает программы дополнительного образования в планетарии имени Анны Кикиной.

Про грани и критерии

Участие в конкурсе «Педагог-психолог» позволило Владимиру Седышеву вывести на новый уровень свои собственные ощущения. Дело в том, что педагог-психолог — это специалист, чья деятельность для широкой общественности часто остается «за кадром» и не имеет простых и очевидных критериев оценки. В процессе работы, опираясь на наблюдение и диагностику, специалисты используют различные методы для понимания эффективности своей деятельности.

— Для родителей наглядно и очевидно, что результат есть, если ребенку становится лучше сразу. Но как обосновать, что именно занятия с психологом повлияли на эмоциональное состоя­ние ребенка, если изменения становятся заметны через неделю или две? Где провести ту грань, которая позволяет утверждать, что это мы, педагоги-психологи, запустили механизм преобразования личности ребенка? Или это все-таки действие внешних обстоя­тельств? — рассуждает Владимир Владимирович. — В работе с внутренним миром ребенка требуются не только продолжительное время и значительные усилия, но и скоординированная работа всей образовательной системы. При этом нельзя забывать и об огромном влиянии семьи, которая во многом определяет, как будут развиваться изменения у ребенка.

Научить учителя

Объем психологической работы, которая выполняется в школе, напрямую зависит от того, сколько специалистов в штате. Если один, то работает со всеми учениками, если больше, то уже проще — их можно разделить по возрастам. С детьми с ограниченными возможностями здоровья при наличии рекомендаций психолого-медико-педагогической комиссии занятия проводятся обязательно в течение года.

Также на разных этапах обучения организуются скрининговые или диагностические исследования. В первом классе и при переходе из четвертого в пятый они направлены на оценку адаптации ребенка, в десятом выявляются критические состояния, особенности поведения в стрессовых ситуациях. С седьмого класса предусмотрено социально-психологическое тестирование, за которое также ответственны педагоги-психологи.

— Уже несколько лет проводится анализ потенциальных факторов риска суицидального поведения. Он проводится совместно с классными руководителями в начале каждой четверти. Если в результате мы видим риски, то как минимум возникает необходимость встретиться с ребенком и провести углубленное исследование, индивидуальную консультацию, пообщаться с родителем. Если потребуется, у нас есть опыт и межведомственного взаимодействия. При наличии вероятности наступления семейного неблагополучия усиливаем работу с семьей, сотрудничаем со специализированными центрами, — рассказывает Владимир Владимирович. — По нормативам на 500 учеников полагается один педагог-психолог. Это не всегда реалистично, поэтому, если углубленную работу не удается организовать только силами школьной службы, мы выстраиваем сотрудничество с государственными психологическими центрами. Кроме того, большое внимание уделяется работе с классными руководителями, потому что они, конечно, намного чаще видятся с учениками. Если их обучить определенным механизмам — например, по регулированию конфликтности внутри и формированию сплоченности, — которые они смогут встроить в детский коллектив, то это положительно скажется на психологической безопасности не только всего класса, но и каждого ребенка в отдельности.

Найти решение

Владимир Седышев говорит, что у него очень гибкая и адаптивная работа. В отличие от учителя-предметника, который приходит к детям с более структурированным содержанием, педагог-психолог в большей степени отталкивается от той реальности, в которой находится ребенок, и от актуальных запросов.

— Мне постоянно приходится развиваться. Каждый год я сталкиваюсь с тем, что открываются новые вызовы, векторы, по которым в университете я получал только базовые представления или с которыми раньше имел дело эпизодически, а теперь они в центре внимания. Например, два-три года назад поступало много запросов относительно разводов родителей, что, безусловно, также сказывалось на детях. От меня как специалиста зависело, насколько глубоко я погружаюсь в тему: начинаю искать дополнительную литературу, прохожу дополнительное обу­чение, чтобы не только максимально компетентно оказывать помощь родителям, но и в первую очередь заботиться о состоянии ребенка в такой непростой для семьи период.

Необходимость присутствия педагогов-психологов в школах не оспаривается, их число постоянно растет, но по-прежнему остается недостаточным. Поэтому в каждом районе Новосибирска создано профессиональное сообщество педагогов-психологов, где проводятся регулярные встречи, обсуждаются насущные вопросы и где можно говорить даже о наболевшем.