EUR 91.2965 
Мы с тобой одной крови
Житель Барабинска почетный железнодорожник, ветеран труда Виктор Павлович Деев имеет еще одно очень важное звание — почетный донор Советского Союза. Никто не скажет точно, сколько жизней его земляков спасено благодаря человеческому участию героя нашего очерка (да и надо ли вести этот счет!), суть не в количестве, а в том, что иначе Виктор Павлович жить не мог. Он и сегодня, незадолго до своего восьмидесятилетия, строго следит за здоровьем и не имеет вредных привычек. Как будто завтра по зову души снова идти в пункт переливания крови.
Семья из Бадажков
Семья Деевых жила в деревеньке с живописно походным названием Бадажки. Бадажок — посох, палка, помогающая при ходьбе. Родители, Павел Никитич Деев, 1905 года рождения, и Нина Петровна, которая была на четыре года моложе, крестьянствовали. У них родились двое деток — дочь Валентина и сын Николай. Наш герой с именем победителя Виктор появился на свет в 1935-м, когда семья уже перебралась в Барабинск.
Спустя пару лет многодетная семья пополнилась четвертым ребенком — Тамарой. А еще через два года в дом пришла большая беда — при защите восточных рубежей Родины в боях у озера Хасан в 1939 году погиб отец. В тридцатилетнем возрасте Нина Петровна осталась вдовой с четырьмя ребятишками на руках. Младшенькой в ту пору шел третий годок…
— До девяти лет я даже в школу не мог ходить. Время военное… Нечего надеть, нечего обуть», — с трудно передаваемой грустью вспоминает наш герой те далекие годы. С особой нежностью он отмечает старания мамы и заботы бабушки Аксиньи Григорьевны, носившей фамилию, созвучную с их малой родиной, — Бадажкова.
— В девять лет я пошел в первый класс, — рассказывает Виктор Павлович. — Помню, советская власть помогла кое-как собрать сыновей погибших отцов в школу. В летний период нас, безотцовщин, бесплатно кормили один раз в день, зимой выдавали сухой паек. Как правило, это были крупа или маргарин. Ничего, как-то выжили...
Он отучился только семь лет и по маминому наказу пошел в ЖУ, чтобы как можно скорее начать работать. На железную дорогу они со старшим братом Николаем придут практически одновременно, только Николай успеет отслужить в рядах Советской армии, а Виктор к тому времени окончит училище. Старший станет вагонником, младший — локомотивщиком. Один всю жизнь будет трудиться слесарем вагонного депо, другой — водить поезда. Железная дорога станет призванием и для их старшей сестры Валентины. «Ничего удивительного, — говорит наш герой, — это было самое надежное место работы. Труд тяжелый, ответственность большая — это да. Но в то же время стабильный заработок, уважение… А трудиться на совесть наше поколение было приучено с малолетства!»
Первые наставники
Пятьдесят второй год был особенным — училище делало первый набор в группу помощников машинистов электровозов. Электрификация развивалась быстрыми темпами, правда, до Барабинска пока не добралась, так что на производственную практику в конце первого — начале второго года обучения паренькам пришлось поехать в Златоуст.
На стареньком черно-белом снимке запечатлена группа номер 12 с заведующим учебной частью Барабинского ЖУ, кадровым рабочим Александром Ильичом Фроловым. Похожие друг на друга семнадцатилетние мальчишки в одинаковой форменной одежде, старающиеся по-взрослому серьезно и даже сурово смотреть в объектив...
Семья Деевых по-прежнему жила очень трудно, и то, что Виктор теперь был на полном гособеспечении, получал не только одежду, обувь, но и бесплатное трехразовое питание, было большим подспорьем. Ветеран вспоминает: «Мама часто ездила в Куйбышев, где можно было взять шелуху, которая оставалась после переработки овса. Из этой шелухи варили кисель. Не очень вкусно, но питательно — сил придавало».
— Мастер Владимир Иванович Перевалов нам говорил: «Вы должны быть на голову грамотнее паровозников. Электрификация — дело серьезное и ответственное». Мы его слушали внимательно, потому что очень уважали за знания, опыт и за очень человечное, я бы сказал, отеческое отношение к нам, сорванцам, — говорит Виктор Павлович. — В то время люди в целом были очень отзывчивые, добросовестные, порядочные. Владимир Иванович был очень заботливым, опекал нас, наставлял. А таким подранкам и безотцовщинам, как я, был как родной отец. Даже по домам частенько ходил: проверял, как семья живет, не нуждается ли в чем…
В декабре 1953 года группа во главе с мастером производственного обучения Владимиром Ивановичем Переваловым отправилась на практику в Златоуст. Вернулись они только летом 1954-го. Сначала четыре месяца осваивали слесарную работу, затем было самое интересное — три месяца поездной практики.
Наш герой отлично помнит, как, только-только приехав в Златоуст, едва ступив на землю, они впервые услышали звонкий сигнал электровоза. «Этот звук буквально по сердцу прокатился, — с трогательной улыбкой, пряча блеснувшие влагой глаза, говорит ветеран. — Я как будто и сейчас его слышу!»
Помощник машиниста
По окончании училища пришло время послужить в армии, но у молодых железнодорожников была отсрочка, так как квалифицированных кадров на Транссибе по-прежнему не хватало.
В свой первый рейс до Чулымской наш герой поехал помощником Константина Ивановича Ширшкова, окончившего трехгодичную школу машинистов электровоза.
— Впечатления? Конечно, не стерлись! Много было интересного и вокруг, и среди того, что непосредственно касалось работы. Состояние было тревожное и в то же время радостное: я понимал, что цель достигнута! Это чувство трудно передать словами… Сколько бы лет ни прошло, я всегда гордился своей специальностью, как и в тот день. Сам старался всегда быть ответственным и в дальнейшем очень ценил дисциплинированных ребят, которых уже я учил профессиональным секретам.
В тот период локомотивы были закреплены за локомотивными бригадами. «За техническое состояние локомотива отвечали машинист и помощники, — рассказывает Виктор Павлович. — Буксовый узел — очень сложный, да и в целом работа была непростой. Мы всегда очень ответственно подходили к делу: ухаживали за локомотивом, старались держать его в идеальном порядке. Как сейчас помню наш электровоз ВЛ 22м под номером 1020. Старшим машинистом у нас был Шабанов Нажип».
Еще на одном черно-белом снимке из личного архива ветерана, сделанном в 1955 году, на переходной площадке локомотива запечатлены Анатолий Булаев, Алексей Белов, машинист Леонид Данилов и герой нашего очерка. Их локомотивная бригада в тот год по итогам работы комсомольско-молодежной колонны завоевала переходящий вымпел.
— Мы всегда брали повышенные соцобязательства, — говорит ветеран. — А параметры, которые учитывались, были самые разнообразные: суточный пробег локомотива, годовой, полезная работа локомотива и т. д. Иметь высокие показатели можно было только при очень хорошем состоянии техники.
Виктору Павловичу нравилась его работа и повышенным уровнем ответственности, и общением внутри не только профессионального, но и очень по-товарищески дружного коллектива, и тем, что ни одна поездка не похожа на другую. «Даже если ездишь по одному маршруту, каждая поездка в новинку. Почему? Потому что и погодные условия влияют, и поезда разные по формированию, а потому управление имеет свои особенности. Любой специалист это подтвердит».
Два года Виктор Деев отработал помощником машиниста. Он был уже достаточно опытным, хорошо знал все тонкости работы, которую успел полюбить. В стране в эти годы набирала обороты кампания по освоению целинных земель. Так что когда молодого железнодорожника все же призвали в армию, его и других ровесников кинули на освоение целины.
Учиться всегда пригодится
«Отправили нас, правда, не в Казахстан, а на Алтай. Поспелихинский район, село Ивановка. Поселили в местном клубе. В колонне из ста человек было очень много барабинцев. Хотите верьте, хотите нет, но нас восемь парней из одной группы оказалось!» — смеется ветеран. Сначала новобранцы зерном занимались, а потом военное руководство, видимо, решило найти применение их техническим знаниям и навыкам. Двенадцать человек из тех, кто уже имел дело с электричеством, получили задание электрифицировать Ивановку.
— Сами рыли ямы, ставили столбы, монтировали воздушную сеть. Потом делали электропроводку в каждом доме. Техники почти не было, многое приходилось делать вручную, — вспоминает Виктор Павлович. — Хитрили, разные приспособления придумывали. К примеру, как тросы через местную речушку протянуть… Было очень приятно, когда к радости и детворы, и взрослых зажглась первая лампочка в селе. Сначала мы сельсовет подключили, затем магазин, небольшую маслобойку, а уж потом и дома…
По поводу новых знаний, приобретенных в этот период, ветеран говорит так: «Если ты что-то освоил, это в жизни тебе всегда пригодится. По сути только этим знанием человек и богат!» Не всякий имеет в себе это ценное качество — любой опыт переплавлять в полезные навыки и умения, но наш герой им обладает в полной мере. Что касается дальнейшей армейской службы, то и она в этом смысле оказалась очень познавательной и ценной. Окончив семимесячную школу младших авиаспециалистов на станции Бада Читинской области, готовившую механиков по самолетным двигателям, оружейников, специалистов по СЦО, радистов, шоферов, Виктор Деев в качестве механика авиавооружений был направлен служить в Брестскую область, на станцию Береза-Картузская.
Десятый ОРАП, что означало отдельный разведывательный авиационный полк, был одним из секретных военных подразделений. Все служившие в нем давали подписку о неразглашении сведений минимум на пять лет.
— Сначала какое-то время я был механиком эскадрильи, потом меня перевели в ТЭЧ — технико-эксплуатационную часть, там я служил механиком по выполнению регламентных работ. Мы следили за состоянием самолетов и их отдельных узлов. В зависимости от налета часов — 25, 50 или 100 — проводились соответствующие работы: если налет 25 часов, то без разборки агрегатов, если 50 — с частичной, а если все 100, то с полной разборкой. В моем ведении было бомбардировочное оборудование, — говорит Виктор Павлович.
Сначала механик, потом старший механик Виктор Деев всегда был на хорошем счету, потому что по привычке, воспитанной с детства, тщательно и ответственно подходил к любому делу. «Мелочей в нашей работе не было. Помню такой случай — один механик гаечку потерял. Так искали магнитами долго-долго, пока не нашли. Потому что неизвестно, чем это могло обернуться в полете. Например, маленькая гаечка могла попасть в тросовое управление и заклинить руль», — говорит он.
Ветеран отмечает высокое осознание ответственности, серьезный подход к делу и по-настоящему теплые, человеческие отношения как среди солдат срочной службы, так и с командным составом.
— Армия мне дала такое развитие в жизни, что я по сей день благодарен офицерам, которые были рядом, воспитывали и учили, — не скрывая волнения, говорит Деев. — Командиром полка у нас был Герой Советского Союза полковник Рощин. Арибжанов, фронтовик, был начальником группы вооружений. Он нам много рассказывал о войне. И еще четыре офицера были, каждый из которых отвечал за свое направление: специалист по стрелковому вооружению, по бомбардировочному, старший и младший техники.
Сергей Казаков, офицер по бомбардировочному вооружению, был моим непосредственным командиром. Отличный офицер, добросовестный. Но что особенно важно, он относился к нам как к родным детям, никакой дедовщины и унижений в то время в армии не было. Летный и технический состав — это была единая семья…
На снимке, сохранившемся с армейских времен, Виктор Деев стоит рядом с земляками Олегом Новиковым и Владимиром Морозовым. Фото было сделано еще в школе авиаспециалистов. К слову, все трое — машинисты. Олег Новиков, как и наш герой, позже удостоится высокого звания почетного железнодорожника.
За свой добросовестный труд ефрейтор Деев получил десятидневный отпуск и смог побывать на малой родине, повидаться с мамой, сестрами и братьями. Здоровье мамы становилось все слабее, и в 1959 году, когда закончились положенные три года службы, но еще не был обнародован приказ Верховного главнокомандующего о демобилизации, Виктора Деева отпустили домой чуть раньше, чем его сослуживцев. «Маме было очень тяжело, — говорит Виктор Павлович. — Я должен был помогать».
Прибыв в Барабинск 21 августа, он буквально на следующий день вышел на работу в депо. Дальнейшая его судьба могла сложиться иначе — в военной части Дееву предлагали остаться в авиации, квалифицированные кадры остро требовались на Омском авиационном заводе, но он отказался. Не только из-за мамы, которую не мог оставить, но и потому, что уже по-настоящему скучал по железной дороге.
Снова в депо
— Пришел в родное депо. В то время им руководил Евгений Фёдорович Карпенко. Сдал экзамен. Попал к машинисту-инструктору Константину Ивановичу Ширшкову в колонну № 5. Стал работать помощником машиниста. В то время уже была обезличка, то есть локомотивы не были закреплены за бригадами. Работал с разными машинистами, в том числе с Леонидом Даниловым.
Виктор Павлович отработал помощником четыре года. А затем, как водится, сам стал машинистом. «Омскую техшколу я окончил в 1964 году. Нас тогда не обкатывали. Имея право управления, я еще какое-то время поездил помощником у машиниста Александра Фёдоровича Суменко на пассажирских поездах. Обкатался. В мае следующего года уже поехал сам», — рассказывает наш герой.
Его стаж машиниста — без малого 30 лет. А общий стаж — 38 лет. Большую часть этого периода он уже сам воспитывал молодую смену и помогал коллегам повышать квалификацию, будучи общественным машинистом-инструктором. Он всегда работал в слаженном тандеме с машинистами-инструкторами Иваном Александровичем Марковичем, Владимиром Васильевичем Кониным, Анатолием Дмитриевичем Лелюхом, Александром Алексеевичем Сурковым.
О тех, кто ему самому приходился правой рукой, говорит с особой теплотой, выделяя и профессиональные, и ценные человеческие качества,
— Иван Артюшин восемь лет был моим помощником, — говорит Виктор Павлович. — Хороший, ответственный работник и отличный товарищ, которому можно было доверить все. Он и в огонь, и в воду. Про таких говорят: с ним в разведку можно пойти. Человек на железной дороге должен быть всегда готовым к выполнению своих сложных служебных обязанностей. Поездная работа требует очень высокой отдачи и знаний. Уверен, правила технической эксплуатации действительно написаны кровью. Для меня принцип один — честное отношение к доверенному делу и выполнение всех требований».
Он и с другими был строг, но строже всего спрашивал с самого себя. Несмотря на напряженный и сложный труд машиниста, наш герой никогда не стоял в стороне от общественной работы. Его профсоюзный стаж — 62 года. Много лет Виктор Павлович отвечал за бытовой сектор в совете ветеранов депо. И, как уже отмечалось, на протяжении 15 лет Деев был общественным машинистом-инструктором. Однако сколько бы его не звали в партию, Виктор Павлович не соглашался. Не по политическим мотивам. Считал, что коммунист должен отдать себя делу целиком, без остатка…
Его уважают, ценят и стар и млад. В сложных ситуациях прибегают к его авторитетному мнению, советуются. И трудно разделить, за что больше любят и уважают земляки героя нашего очерка — за высокий профессионализм и опыт или за человеческие качества.
Как стал донором? Обычно. Предложили сдать кровь, он и сдал. «Жизнь моя был сложной. Я отлично понимал, что людям нужно помогать, если это в твоих силах. Тем более что я был здоров, всегда занимался спортом, не имел вредных привычек», — рассказывает Виктор Павлович. Организатором, подвигнувшим деповчан на это доброе дело, стала Анастасия Георгиевна Ладис. Ее умение убеждать, зажечь людей хорошей идеей отмечают все. И ведь получилось не просто зажечь, а сделать так, что донорство стало неотъемлемой частью жизни нашего героя и некоторых его товарищей. «Я многолетний безвозмездный донор. За деньги я свою кровь никогда не продавал», — сообщил Виктор Павлович.
Некоторых из тех, кому его донорское участие помогло спасти жизнь, он потом встречал, от кого-то получал письма с благодарностями. Но дело, как мне кажется, даже не в этом, а в том, что иначе он жить не мог. Потому что не может не помогать. Скажете, сотни и тысячи людей обходятся без таких жертвенных поступков, просто живут, хотя могли бы быть донорами… И ничто их не гложет. Наверное, вы правы. Просто Деев, что называется, из другого теста. Виктор Павлович не может оставаться безучастным.
Говорит, что опорой и поддержкой ему всегда была семья. Дочери давно выросли. Одна работает на химзаводе, другая диспетчером в Новосибирске. Подросли уже не только внуки, но и правнуки. Свою энергию и молодость они дарят прадеду, воспитываясь на его жизненном примере.
— Я считаю, что моя жизнь сложилась, потому что меня всегда окружали замечательные люди! Они передали свой опыт мне, а затем я делился этим опытом с другими. Я всегда гордился своей работой и до конца своих дней буду гордиться, — говорит он искренне, без всякой патетики.
