USD 71.2926 EUR 82.7871
 
ФотоСтихиЯ: авторы Победы!

Надежная ссылка в Петербург

Вячеслав ДЕНИСОВ, адвокат, публицист, драматург
Изображение сгенерировано нейросетью «Шедеврум»
Изображение сгенерировано нейросетью «Шедеврум»

Их благородия офицеры гарнизона были приглашены полковником Иванцовым на ужин по случаю дня рождения жены. Обещалась баранина под черничным соусом и острые закуски.

Особыми усилиями был добыт ящик «Лафиту». Штабс-ротмистр Гаврищев советовал Белкину:

— И поменьше текста. Мария Сергеевна любит психологию. Чем меньше говоришь, тем меньше выводов она делает.

Поручик Белкин занимал в спис­ке неприятных людей мадам Иванцовой второе место после жены князя Гущина. Но жена князя Гущина была в Петербурге, а Белкин был здесь. Так фамилия поручика возглавила список. От слухов о нем у чувственной Марьи Сергеевны дурнело настроение. Сегодня в ее обществе находился человек, не брезгующий ничем. О его романе с княжной Свиридовой, при виде которой кони извозчиков сходят с маршрута и на полном скаку влетают в магазины вместе с санями, известно всему Петербургу. И теперь этот человек в ее доме. Но было бы некстати, когда бы все были приглашены, а поручик проигнорирован. Что скажут в Петербурге? Скажут, жена полковника Иванцова на Кавказе одичала. Ест с ножа, с солдатами запросто, юбки не меняет. А ее разборчивость, скажут, превратилась в моветон. В Петербурге много фантазеров…

На обеде Марья Сергеевна подошла к пребывающему в скуке Белкину и присела подле.

— Как вам у нас? — спросила, решив разговаривать с поручиком как с собакой.

Поднявшись, Белкин со скрежетом вынул ножны из ножек стула и поцеловал руку хозяйке дома. «Лизнул», — показалось Марии Сергеевне.

— Вы будете бывать у нас? — от этой мысли у нее случился тик левого века.

— Разумеется, — разрушил ее ветхие надежды Белкин.

Ответ вызвал тик и правого века. Однако разговор следовало продолжить. Должно же быть в этом человеке что-то яркое. Нужно акцентировать на этом внимание и почувствовать к нему симпатию. Ведь он здесь, судя по всему, уже навечно. А очевидцы свидетельствуют, что поручик Белкин имеет свойство действовать без какой-либо связи с головой.

— Скажите, поручик, а вы участвовали в той победоносной атаке под Ведено?

— Это без меня.

— А в той легендарной защите Майрупта?

— Увы, мадам...

— А вот этот позорный случай, когда…

— Это со мной.

И тогда Мария Сергеевна решила любить поручика Белкина просто так. Любит же она цокот подков по мостовой. Или ослика, идущего по дороге без очевидной цели. И посадила его по правую руку.

«Лафит» кружил голову. За столом Мария Сергеевна остроумно шутила в адрес полковника Иванцова. Ее шутки искрились в стоящем напротив графине с «Лафитом». В блюдах парила истомой золотистая баранина. Молча плакали сыры. Доставленный из Дербента двухаршинный осетр изумленно рассматривал торчащий изо рта куст кинзы. Офицеры произносили восклицательные тосты. Дамы притворно стеснялись.

Поручик Белкин стал частью этого великолепия. Но пора было уже проверять караул. Поднявшись, поручик Белкин произнес здравицу в адрес хозяев дома. «А он определенно мил», — показалось Марье Сергеевне. Белкин попрощался и направился к выходу. Ножны поручика зацепились за скатерть.

Опрокинувшийся графин с «Лафитом» разбился о чашу с аджикой и Марию Сергеевну от бюста до талии окатила огнедышащая лава. Натянутая кринолином материя охотно пропустила ее дальше. Бархатные бедра жены полковника Баранцова стали колом. Аджика наперегонки с «Лафитом» помчались по всем доступным направлениям. Мария Сергеевна издала визг, с каким нечаянно наступают на змею. Осетр тронулся и поехал вместе со скатертью со стола. Утвердившись вертикально, он помчался к полковнику Иванцову. Так пробивает лед реки рухнувший с моста поезд. Последний раз такой крик полковник Иванцов издавал при штурме Ведено. Осетр некоторое время находился в вертикальном состоянии, а потом переломился пополам.

Продолжая движение, скатерть снесла вместе со стулом прапорщика Вяземского и накрыла его супругой артиллерийского майора Баха.

— Сошли его куда-нибудь! — кричала ночью мадам Иванцова. — Сошли мерзавца, или я пишу государю!

— Куда я его сошлю с Кавказа? — защищался, стараясь не напрягаться, Иванцов.

Через три дня поручик Белкин ехал в телеге в сторону Петербурга. «Вот это дело, кормилец, — хвалил поручика слуга Захар у знакомого куста. — Вот это дело, батюшка! Умеете вы договариваться!»