EUR 90.7926 
Обыкновенное чудо — встретить в пути рассвет...
С нежностью к малой родине
Он до мозга костей здешний, барабинский. Никогда не мечтал отправиться в дальние края или сменить не самый ласковый сибирский климат на другой, помягче. Мама Александра Дмитриевича, Мария Ивановна, попала в далекую Сибирь вместе с родителями почти перед войной, в разгар репрессий. И то хорошо, что живы остались. Здесь она встретила свою судьбу в лице коренного сибиряка Дмитрия Николаева.
Железная дорога без преувеличения и сегодня является главным предприятием промышленного Барабинска, а в те годы и вовсе была почти единственным надежным местом работы. Не удивительно, что Дмитрий Алексеевич Николаев в тридцать восьмом году пришел работать именно сюда — в Барабинское паровозное депо. Поставили его слесарем ТР-1, то есть на подъемочный ремонт. Работа была трудная, физически тяжелая и, как сказали бы сейчас, экологически грязная.
Александр Дмитриевич Николаев вспоминает:
— Мы мальчишками с раннего возраста бывали в локомотивном депо у отца. Раньше там была грязь, мазут… Сейчас совсем другое дело — чисто, уютно, современное оборудование. Но мне, пацаненку, хотелось не в депо работать, а сидеть в кабине машиниста. Хотелось в пути встречать рассвет. Особенно весной, когда земля оживает, все расцветает… Так и виделось: еду я, а навстречу горизонт, окрашенный всеми цветами радуги… Чего скрывать, с восторгом смотрел на мощные машины, на тех, кто их водил, и думал: когда-нибудь и я вот так смогу!
И он реализует свою мечту, пойдя по стопам отца — на железную дорогу. А младший брат, Володя, станет строителем. Правда, погордиться успехами сыновей старшему Николаеву доведется недолго. Он уйдет из жизни в пятьдесят семь лет, даже не доработав до пенсии. Скажутся и работа в тяжелых условиях, и перегрузки, и холод да голод предвоенных, и особенно военных лет.
В сорок первом Дмитрия Алексеевича как-то вызвали повесткой в военкомат. Сказали: сначала направят на учебу в омское училище, а затем минометчиком на фронт. Приказ есть приказ — поехал. Однако военную науку ему довелось осваивать недолго. Когда на железной дороге возникла острая нехватка опытных квалифицированных кадров, Николаева и кое-кого еще из его коллег вернули в родное депо, наложив бронь до конца войны.
Они ремонтировали паровозы, не считаясь ни с чем, забывая и о здоровье, и об отдыхе, и о семье: надо, так надо. Вся страна напрягала силы, чтобы помочь бойцам, проливающим кровь на передовой. Кто тогда думал о личном?!
Училище № 11
Была середина шестидесятых, когда Сашка Николаев, только-только закончивший школу, подал документы в ГПТУ-11 на специальность помощника машиниста электровоза. Директором железнодорожного училища в то время, по воспоминаниям нашего героя, был Андрей Михайлович Пастушенко. А мастером Сашкиной группы поставили Владимира Васильевича Сулимова, ставшего пацанам и наставником в профессии, и «отцом родным».
— Главное в работе помощника, как и машиниста, — осмотр ходовой части локомотива. Ему необходимо отлично знать правила технической эксплуатации, инструкции по движению, сигнализации, по охране труда… Этому нас и учили, — рассказывает Александр Дмитриевич.
Саша Николаев всегда был усидчивым и упорным учеником, понимающим, что крепкие знания сегодня — залог качественной и успешной работы завтра. Все предметы давались ему хорошо. Какие-то полегче, какие-то «с боем»… А электротехнику Александр просто полюбил и весьма успешно участвовал в олимпиадах, защищая честь родного училища. Между прочим, в его будущей карьере железнодорожника эта увлеченность электротехникой еще сыграет очень важную роль. Но об этом чуть позже.
А еще Сашка очень увлекся спортом. Особенно легкой атлетикой, по которой имел первый разряд. В памятном 1968 году команда училища не без его участия заняла первое место по Новосибирской области среди «Трудовых резервов».
Эти годы вообще были богаты на яркие, врезающиеся в память события. Разве забыть теперь уже почетному железнодорожнику Александру Дмитриевичу Николаеву свой первый рейс в качестве дублера помощника машиниста?!
Наставником паренька в ту пору был Александр Михайлович Казак — действующий помощник машиниста. Серьезный, внимательный…
— Как сейчас помню, было начало сентября… — рассказывает Александр Дмитриевич. — Он долго водил меня по локомотиву. Подробно все рассказывал, показывал... А в пути объяснял, на каком километре та или иная станция, где блокпосты, где переезды… Я должен был все зафиксировать в своем блокноте, а затем выучить назубок, чтобы в дальнейшем быстро ориентироваться. И, знаете, оказалось, вся эта наука очень легко запоминается. А через пару лет работы уже каждое деревце, каждый подъем, каждый переезд становятся родными и знакомыми…
Мальчишки того поколения горели от нетерпения скорее получить «корочки» и заняться серьезным делом. Это было время, когда простой труд, а тем более квалифицированный, не считался непрестижным. Когда фраза из кинокомедии «где бы ни работать, лишь бы не работать» выглядела шуткой, а не жизненной установкой, как у некоторых сегодняшних молодых людей.
— Сейчас я порой бываю в училище и вижу: другие они. Есть, конечно, прекрасные ребята, кто пришел по призванию и по-настоящему стремится овладеть профессией. А есть те, кто еле-еле учится... Может, родители заставили, а может, пойти больше некуда… Жаль таких. И обидно за них. Железная дорога — дело серьезное. Ей нужны умные, профессиональные, знающие кадры, словом, люди, преданные делу, — говорит Александр Дмитриевич Николаев.
Романтика дороги
Двадцать четвертого октября 1968 года закончились выпускные экзамены в училище, а 25 октября Александр Николаев уже был зачислен помощником машиниста в локомотивное депо Барабинск. И тут же отправился в свой первый настоящий рейс как помощник машиниста.
— С кем? Конечно, помню. Разве можно это забыть?! С Иваном Дмитриевичем Авдониным. Это мой наставник, который научил меня всему. Он очень серьезный был, не любил никаких вольностей, отвлекания по мелочам. Но при этом был очень добродушным человеком. Быстро отходил.
Один раз я по неопытности просмотрел открутившийся шапочный болт. Хорошо, другие члены бригады заметили неполадку вовремя — ничего не случилось. Но попало здорово мне тогда! Это было на ВЛ-23. Мы в то время водили грузовые поезда до станции Татарская, — вспоминает Александр Дмитриевич.
— А в каком направлении особенно нравилось ездить? — спрашиваю.
— В сторону Татарской. Там здравница «Карачи»… А в столовой Татарской были такие классные бифштексы и беф-строганов, — смеется мой собеседник. — Комнаты отдыха бригад в те годы были не такие, как сейчас, — по семь коек. Толком и не отдохнешь: если не очень крепкий сон, когда других поднимают, и ты встанешь… Но зато и есть чем вспомнить те времена. Порой подшучивали друг над другом. Мой предшественник на посту председателя совета ветеранов Барабинского депо Николай Егорович Кысов, покойничек, очень любил подшутить. Как-то раз кому-то тайком в сумку ложки подложил. Тот идет, а они брякают. Всполошились, нашли… Чуть скандал не вышел… Но все поняли, что розыгрыш, и посмеялись.
Уже через три года, в октябре семьдесят первого, нашего героя при его горячем желании направили на курсы машинистов в Тайгу. Успешно окончив техшколу и получив право управления, Николаев вернулся домой, на малую родину. А потом была «обкатка» под руководством опытного машиниста-инструктора Ивана Александровича Марковича. И вот наконец он — первый самостоятельный рейс.
— Повел с Чулымской «кольцовку» — груженные углем вагоны. Вес — 6000 тонн. Хотя по характеристике тяговых двигателей на ВЛ-23 максимум — 5500. Но приказ есть приказ. Погода была неплохая, без дождя. Я легко взял этот поезд (да и машина, надо отметить, попалась хорошая) и успешно довел его до Барабинска. Вроде все отлично, ничего не случилось, но эта обкатка запомнилась мне на всю жизнь.
Вскоре мы получили новые локомотивы ВЛ-10, двухсекционные. Они пришли с заводов в 1974—1975 годах. Мы подробно изучали их схемы, вникали в каждую мелочь… Я вообще всегда был дотошным и постоянно повышал свою квалификацию.
Случаи бывали разные. Однажды на станции Кожурла старенький трактор выехал на неохраняемый переезд и… заглох. «Я его заметил, но расстояние было слишком маленькое, чтобы успеть остановить состав, — где-то 700 метров. Мы тут же применили экстренное торможение, но — увы… столкновения избежать было уже невозможно. Хорошо, что мы успели остановиться, не доехав до стрелок, иначе был бы сход», — говорит Александр Дмитриевич.
1000 000 километров без аварий
Уже в 1978-м наш герой сдал на третий класс. В 1980-м — на второй класс, а в 1986-м получил право управления электропоездом. Еще через год он уже был машинистом первого класса. Но и этого Николаеву было недостаточно. Он пошел учиться в Тайгинский техникум железнодорожного транспорта, который успешно окончил в девяностом году, будучи уже сорокалетним человеком и опытным машинистом.
Специальность? Электротяговое хозяйство. Вот когда вспомнилась его студенческая увлеченность электротехникой, а богатый практический опыт стал серьезной подмогой. Теперь он был дипломированным техником-электромехаником.
На вопрос, какая работа нравилась Александру Дмитриевичу более всего, он, мысленно оглянувшись на прожитые годы, ответил: «Когда с 1981 по 2000 год водил пассажирские поезда до Омска».
К слову, именно на этот период приходятся главные награды, полученные Николаевым за качественный и высокопрофессиональный труд. В том числе высшая награда отрасли — знак «Почетному железнодорожнику». А первыми его отличиями были многочисленные благодарности и грамоты, награды за победы в социалистическом соревновании. Неоднократно наш герой отмечался руководством за предотвращение аварийных ситуаций: бывало, замечал горящую буксу у встречного состава или неполадки с грузом… В девяносто третьем году Александр Дмитриевич был удостоен знака «Безаварийный пробег на локомотиве 1000 000 километров».
Главную награду отрасли ему в 1994 году вручал Леонид Васильевич Троценко, бывший заместитель начальника дороги по локомотивному и вагонному хозяйству, а Николаеву он был особенно дорог еще и как бывший начальник Барабинского депо.
— Он уже работал начальником депо, когда я пареньком пришел туда в шестьдесят восьмом, и возглавлял коллектив до восемьдесят первого года. Для меня он — образец руководителя. Хотите — верьте, хотите — нет, но он никогда не повышал голос на подчиненного. У него на лице всегда играла улыбка. Даже наказывал с улыбкой, только интонацию менял. И когда его карьера пошла в гору, будучи уже в должности заместителя начальника дороги, он всегда с рабочим человеком здоровался по ручке. Уважал каждого. Не делил людей по должностям. И после него в депо были хорошие, сильные руководители, но он — лучший.
Не люблю командовать
Говоря о воспитанных им учениках, Николаев отмечает, что особенно ценил в людях дисциплинированность, ответственный подход к делу, надежность и, конечно, отличное знание локомотива и всех необходимых инструкций. Своим лучшим помощником в грузовом движении он, без сомнения, считает Владимира Михайловича Щербакова, а в пассажирском — Александра Анатольевича Елисеева. «Очень грамотный, опытный, сейчас уже имеет второй класс по классификации, водит пассажирские поезда», — говорит о нем Александр Дмитриевич.
На самом деле учеников у нашего героя гораздо больше, чем он скромно об этом рассказывает. Дело в том, что на рубеже двухтысячного года Николаеву поручили первую пассажирскую колонну — назначили машинистом-инструктором. Говорит, пытался брыкаться, отказываться. «Не нравилась мне эта командирская должность. Не люблю командовать. Люблю просто разговаривать с людьми, объяснять», — признается он. Но… надо — значит, надо. И с 2000 до ухода на пенсию в 2005 году Александр Дмитриевич возглавлял колонну пассажирского движения номер 1. Это была колонна высокой квалификации — в ней работали только машинисты первого класса.
— Раньше как было? Машинист-инструктор — отец родной. У него задача: научить, воспитать и проконтролировать. Приходилось порой и наказывать, конечно. Кого-то можно было просто пожурить, и он поймет; а с кем-то надо было построже — словом, индивидуальный подход применять. Но на меня никто не обижался, потому что я всегда старался поступать по справедливости. Главное всегда держал в голове — никогда нельзя, не разобравшись, наказать человека незаслуженно.
Сегодня Александр Дмитриевич Николаев — председатель совета ветеранов своего родного депо. Сначала был заместителем Николая Егоровича Кысова, с которым его связывали не только долгие годы работы, но и крепкие дружеские отношения. Заботы обычные: согреть вниманием ветеранов, оказать необходимую помощь тем, кто особенно в ней нуждается (а ветеранов на учете в депо — 627 человек, и проживают они не только в самом Барабинске, но и в Татарске, Каргате, Убинском, Кожурле, Сарабалыке, Кочках, Таскаево и даже в Пеньках, где и ветки давно нет — разобрали).
— Стараемся чем можем помочь. Никого не обижаем. Надо отметить, что наш Барабинский узел все средства с субботника перечисляет на счет совета ветеранов, в прошлом году эта сумма составила 303 460 рублей. Конечно, в основном за помощью обращаются те, кто не получает отраслевую пенсию. Им — особое внимание, — говорит Николаев.
О своей работе машиниста Александр Дмитриевич вспоминает с огромной теплотой: «За что любил эту работу? Просто, понравилось водить поезда, и все. А потом прирос. Когда на пенсию вышел, поначалу вроде ничего, не тревожили сны. А теперь то и дело что-нибудь да приснится. Один раз в холодном поту вскочил — приснилось, будто я сигнал проехал. В жизни со мной никогда такого не случалось, а вот тут — на тебе…
А работа была замечательная, красивая, ведь это так здорово — встречать в пути рассвет!»
АКТУАЛЬНО
