USD 61.7749 EUR 64.9868
Золотой гонг 2022

«Закон не должен оставлять место для «фантазий»

Вадим ГЛУХОВ.



Хотя надо заметить, что иногда эти «пятна» и «пробелы» настолько тщательно «упакованы» и спрятаны за частоколом слов, что и специалисту бывает их непросто обнаружить.

Понятно, что надо восполнять эти правовые «пробелы», но когда и кем это будет сделано? Чиновники не спешат поправлять «не понравившийся народу» закон, а граждане продолжают терпеть убытки, моральные и материальные, от законодательного несовершенства. Но заблуждаются те, кто полагает, что закон «в пользу чиновника» очень нужен государству. Такой закон вреден всем, потому как «плодит» неразбериху, произвол, ошибки, убытки кругом, в том числе и в структуре самой власти...

Много в этой ситуации зависит от уровня правовой помощи населению — в прокуратуре, нотариальной конторе, юридической консультации. Занимаются этой работой и адвокаты. Мне не раз приходилось наблюдать, как в судебном процессе опытный адвокат умело строит защиту, обращая внимание суда на ошибки, допущенные стороной из-за несовершенства закона. Одним словом, адвокат сегодня как никто другой имеет опыт работы с «белыми пятнами» закона, поскольку граждане в первую очередь обращаются к нему за помощью в решении своих проблем.

Поделиться этим опытом я попросил известного юриста, председателя коллегии адвокатов «Форум» Павла ЯРОВОГО, который ведет дела самой различной категории, в том числе и уголовные.

— Павел Борисович, каким образом проявляются «пробелы» в законе на практике?

— Они — следствие недоработок законодателей. Чем меньше «белых пятен», тем легче работается следователю, адвокату, лучше действует правосудие, больше общего порядка. К сожалению, в нашей практике гораздо больше примеров обратного свойства. Вот ситуация, хорошо известная индивидуальным предпринимателям и юридическим лицам. Время от времени они подвергаются налоговым проверкам органами внутренних дел. Проблема в том, что есть несколько законов и иных нормативных актов, которые по-разному трактуют порядок проведения этих проверок. Например, в шестой главе Налогового кодекса РФ указывается, что органы внутренних дел участвуют в проверках по запросу налоговых органов. Однако на практике милиция действует самостоятельно, даже без оформления запроса из налоговой инспекции. Не препятствует этому и Закон «О милиции», который, по сути, разрешает проводить налоговые проверки в любом месте и в любое время... И получается так: приходят на предприятие сотрудники милиции и, не уведомляя о том налоговый орган, изымают всю документацию, подлинники, и предпринимателю остается ждать... Ожидание это может длиться месяцами, рвется связь предпринимателя с налоговым ведомством, нарушаются договорные отношения с партнерами по бизнесу, появляются убытки... До сих пор нет четкой нормы, которая бы устанавливала взаимные права и обязанности «органов» и юридического лица в момент налоговой проверки. Такой ничтожный, нередко формальный, момент — и возникают хаос, нервозность, жалобы в инстанции...

2 августа 2005 года ситуацию попытался отрегулировать министр МВД, издав приказ о порядке проведения налоговых проверок, в котором определялся порядок взаимодействия налоговых органов и милиции. И тем не менее... проблемы остались. Есть коллизия между УПК РФ и Законом «О милиции» — в части толкования порядка изъятия подлинников бухгалтерских документов. Факт этого оформляется «протоколом осмотра», но УПК РФ данное действие отнесено к стадии начала расследования уголовного преступления при осмотре мест преступления. Получается, уголовного дела еще нет, а преступление уже установлено? Дальше — больше... В Законе «О милиции» четко сказано: подлинники документов не должны изыматься более чем на семь дней. Но УПК РФ никак не комментирует эту процедуру, и сотрудники «органов» до сих пор продолжают изымать документы, не ограничивая себя никакими сроками. При этом проверка может быть прекращена, вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, а потом все начнется сначала — без какой-либо ответственности за конечный результат. Нашли нарушения — вот, мы были правы. А нет — иди гуляй, в этот раз тебе повезло, но не радуйся, ненадолго...

— Человек в этой ситуации чувствует себя «песчинкой» под колесами стальной машины.

— Это до сих пор весьма распространенное состояние и в иных ситуациях. Как вы помните, перед принятием нового Уголовно-процессуального кодекса много говорилось о том, что надо укрепить личную безопасность граждан от должностного произвола, в том числе и со стороны правоохранительных органов. В новом УПК РФ был определен новый порядок применения в качестве меры пресечения заключение под стражу — по ходатайству следователя с согласия прокурора на основании постановления суда. Однако практика выявила слабые стороны закона, которые часто нивелируют его идею защиты гражданина от произвола. Так, в законе (в статье 108 УПК РФ, где перечислены основания для ареста) об этом говорится так: «...в постановлении об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу должны быть указаны конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судьей принято такое решение». Например, подозреваемый скрылся и потом был пойман. Или — не имеет постоянного места жительства, угрожает потерпевшему расправой, «давит» на свидетелей... Одним словом, закон требует указания фактов, реальных причин, обоснований выбора суровой меры пресечения. Следователь же в своем ходатайстве суду нередко пишет: «...может скрыться»... Не может никто быть посажен за решетку лишь по предположению о противодействии расследованию!

— Видимо, невнимательно читают закон?

— Это так, но, с другой стороны, и закон должен быть написан так, чтобы не оставалось места для «фантазий» — даже новичку на следственной работе. Иначе — снова ошибки, ущерб... Примеры тому вы сами можете привести — одни попадают за решетку за совершение явно малозначительного правонарушения, а другие, обвиняемые в тяжких преступлениях, располагающие на воле большими возможностями влиять на ход расследования, остаются на свободе до вынесения судом приговора.

— Допустим, человек необоснованно был арестован и «отсидел» под следствием год или два. Он может потом взыскать с органов за необоснованно причиненный моральный и материальный ущерб?

— Суды такие иски рассматривают, но проблема возникает при исполнении судебного решения — очень сложно получить деньги с государственных бюджетных органов. Процесс долго обрастает массой дополнительных бюрократических процедур...

Или, например, такой нередкий случай: по решению суда человек получил на руки исполнительный лист, потом по каким-то причинам его утратил — при пересылке, по месту работы, в службе судебных приставов... И вот он должен снова обратиться в суд, который, действуя в соответствии с ГПК РФ, должен назначить новое рассмотрение дела — всего лишь для того, чтобы выдать гражданину дубликат исполнительного листа. Зачем эта бессмысленная бюрократическая процедура с новыми тратами времени и средств? Конечно, надо упростить этот порядок.

— Но бывает и так, что закон есть, но практики использования его норм почти нет?

— Особенно часто это происходит в части защиты прав граждан при нанесении ущерба со стороны юридических лиц или органов власти. Почему — это тема отдельного разговора.

— Да, мы почти не знаем дел о взыскании материального ущерба, например, с коммунальных служб, отвечающих за порядок на дороге. Горожане калечатся зимой на гололеде, летом страдают от падающих деревьев... И ничего, терпим дальше...

— Не так давно мы помогли взыскать деньги с коммунальной службы, которая плохо выполняла свои обязанности — крышка колодца на проезжей части оставалась незакрепленной и в эту «ловушку» угодил автомобилист, разбил автоматическую коробку передач. Банальная история? Однако в Новосибирской области это было первое дело, а по России — одно из первых... Из более старых дел — частному владельцу здания пришлось рассчитываться за упавшую с его крыши на чужой автомобиль глыбу льда.

— Павел Борисович, что бы вы посоветовали читателям в подобной ситуации?

— Суды готовы защитить права граждан — надо только не терять самообладания и действовать грамотно. Дело в том, что есть утвержденные правила благоустройства Новосибирска и Новосибирской области, где четко расписано, кто, где, за что и как отвечает. Допустим, если в этом здании находится коммерческая фирма, то она несет ответственность за обеспечение безопасности пешеходов на определенном промежутке тротуара — скажем, должна чистить его регулярно от гололеда. Человек упал и получил травму? Тут же следует зафиксировать этот факт — записать координаты оказавшихся на месте свидетелей происшествия, составить акт о получении травмы. Если травма серьезная — вызвать «скорую помощь», и запись, составленная врачом, тоже будет документальным подтверждением факта и поможет выиграть иск в суде.

— А если человек не сделал ни того, ни другого, пришел домой и только тут почувствовал себя плохо?

— Надо обязательно поставить в известность об этом всех, кто находится дома, вызвать врача — каждый из них может потом выступить в качестве свидетеля в суде. И суд, выяснив все обстоятельства дела, может вынести решение в пользу пострадавшего.

И еще практический совет адвоката: куда бы вы ни обращались с заявлением, надо составлять его в двух экземплярах. Один экземпляр вы передаете в ту организацию или учреждение, куда обращаетесь, а на втором экземпляре просите сделать отметку о сдаче заявления, заверенную подписью соответствующего работника. В дальнейшем вам может очень понадобиться такое доказательство, подтверждающее факт вашего обращения.

— Павел Борисович, адвокат — фигура независимая. Ему как профессионалу в сфере права должны быть хорошо видны достоинства и недостатки закона. Как часто учитывается мнение адвокатского корпуса при разработке новых законов?

— В последнее время в практику работы высших законодательных органов нашей страны вошел учет мнения адвокатского сообщества по ряду законопроектов. Положительным примером последнего времени может служить принятый в 2002 году Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ». При подготовке и принятии этого закона законодатель учел мнения широких слоев адвокатского сообщества. В декабре 2004 года по инициативе Совета Федеральной палаты адвокатов РФ законодателем были внесены в названный законопроект изменения и дополнения.

Анализируя закон, президент Адвокатской палаты Новосибирской области, член Совета Федеральной палаты адвокатов РФ Владимир Петрович Хромов отметил: «На высшем государственном уровне понято, что адвокатура — это не просто сообщество профессиональных юристов, а зеркальное отражение характера и степени развития демократии, престижа права, состояния правосудия».

Но есть, к сожалению, и иные примеры, когда наше мнение не то что не учитывается, но и полностью игнорируется. В 2005 году Правительство РФ приняло постановление о создании в нескольких регионах страны в порядке эксперимента государственных юридических бюро, которые за счет бюджета, силами чиновников, будут осуществлять правовую защиту социально незащищенных категорий граждан. Работать в таких бюро будут государственные служащие. На последнем Всероссийском съезде адвокатское сообщество выразило общее несогласие с таким порядком защиты прав граждан — не может государственный служащий свободно отстаивать интересы гражданина в его конфликте с государственными органами в лице местных администраций, прокуратуры, милиции...

По общему мнению представителей адвокатского сообщества, нашедшему отражение в резолюции съезда, значительно более эффективным для защиты законных прав граждан было бы не создание бюрократической структуры, дублирующей деятельность адвокатов, а выделение средств из бюджета на оплату работы адвокатов по защите прав малоимущих граждан по назначению судов, как это и предусмотрено Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ».