USD 71.5763 EUR 76.8344
 

Военная тайна Ивана Баженова

Валерий КОЛЕНЧЕНКО, г. Новосибирск
Фото с сайта russiainphoto.ru
Фото с сайта russiainphoto.ru

Это письмо накануне Дня Победы прислал в редакцию «Советской Сибири» наш постоянный читатель Валерий Сазонтьевич Коленченко. Благодаря ему в летопись Великой Отечественной войны добавилась еще одна страница. Довольно трагическая страница…

Зимой 1987 года я познакомился с участником Великой Отечественной войны Иваном Петровичем Баженовым. Редакция газеты «Труд» поручила мне помочь Ивану Петровичу с получением квартиры. В процессе общения он и поведал мне свою военную тайну, о которой в то время писать было нельзя. Согласно документам, Баженов И. П. всю войну был на фронте, но на самом деле он воевал всего трое суток в июне 1941 года. А вот где он провел четыре года войны — в этом-то и была военная тайна, которую он подписался не разглашать.

Бойцы погибали, но не сдавались

Срочную службу Баженов проходил в пограничном полку. В июне 1941 года он намеревался ехать домой в Новосибирск, но командир полка отложил демобилизацию, так как, по сведениям разведки и перебежчиков, немцы собирались напасть на СССР. Пограничный полк день и ночь скрытно строил укрепления и готовился встретить врага во всеоружии.

И вот 22 июня в предрассветном тумане появились немецкие войска. Как только они вошли в зону поражения, заранее пристреленную, полковая артиллерия открыла по врагу шквальный огонь. Не ожидая такой встречи, фашисты в панике отступили, оставляя горящие автомобили, мотоциклы и убитых. Бойцы гнали фашистов до самой границы. Дважды немцы пытались взять укрепленный рубеж, но всякий раз отступали под огнем пограничников.

На третьи сутки войны доставили приказ из военного округа: «Полку немедленно оставить позиции и отойти на соединение с частями Красной армии». Этот приказ командир полка не хотел выполнять, понимая, что он убийственный. Но особист пригрозил ему трибуналом. Ночью полк двинулся на восток, к своей погибели. Утром на марше немцы его обнаружили и окружили. Завязался бой. Бойцы и командиры полка геройски сражались, заняв круговую оборону. Немцы предлагали сдаться в плен, обещая райские условия. Пограничники погибали, но не сдавались.

Лагерь для непокорных

Тяжело раненный Баженов очнулся в немецком грузовике. Фашисты гоготали: «Рус Иван, корошо, поедешь в Германию». Боец очень тяжело переживал плен. В Германии его заставили работать на свиноферме у немца-хозяина. Жить там было вполне сносно, но Иван не хотел работать на немцев и ночью убежал с фермы, плутал по полям и лесам, пока полиция его не задержала. Баженова отправили в лагерь, где принудили работать в каменоломне. Улучив момент, когда охранник обедал, пленный сбежал и оттуда. В тот же день его поймали охранники с собаками, за побег били, потом отправили в лагерь для непокорных, откуда убежать было уже невозможно.

Здесь лютовали не немцы, а перебежчики из бывших советских. Особенно зверствовал староста блока Федька. Иван подговорил двух товарищей, и они втроем решили удавить предателя в темном углу барака. Но были так истощены, что сил не хватило, Федька вырвался и донес коменданту. Спас их тогда от верной смерти, как ни странно, немецкий офицер-следователь. Он им сказал: «Если хотите жить, все трое говорите одно и то же, мол, играли в карты, Федька смухлевал, вот и решили его проучить немного». В итоге всех заговорщиков раскидали по разным лагерям.

В 1945 году лагерь, где находился Баженов, освободили американцы. Они хорошо относились к бывшим узникам, Ивана дважды уговаривали уехать в Штаты, ведь он до призыва в армию окончил десятилетку и выучился на токаря-универсала, работал по специальности. Америке нужны были специалисты по металлу. Но Иван отказался. Майор ему говорил, что Сталин плена не прощает, в Сибирь отправит лес валить. А Баженов ему отвечал: «Я сибиряк и Сибири не боюсь». Американец только покачал головой, но удерживать не стал.

Родина встретила неласково

После этого разговора Баженова перевели в советскую зону, а потом конвоировали на родину. Пока ехали, военные обращались с ним хорошо. Привезли в Подмосковье, в фильтрационный лагерь, закамуфлированный под зенитный полк. В этом лагере всех, кто побывал у немцев и американцев, за людей не считали и относились к ним как к двойным врагам народа. За малейшую оплошность или несдачу американских вещей, даже зажигалок, расстреливали. Хорошо, что Иван ничего не принял от американцев. Кормили в лагере гнилыми сырыми овощами, и от этого многие заболели. Баженов тоже тяжело заболел и ждал смерти как избавления от мук. Даже в немецких лагерях не было такого жестокого обращения, как здесь.

Но нашлась добрая душа и в этом аду. Пожилой лагерный врач шепнул ему: «Баженов, держись, выходи на работу, я добиваюсь твоей демобилизации по болезни. Тебя проверили органы — чист ты перед родиной». Вскоре Ивана вызвал комендант лагеря и, блеснув сталью глаз, процедил: «Подписывай эти бумаги о неразглашении тайны и поезжай подыхать в свой Новосибирск, если доедешь».

Солдата выходила мать

Баженов плохо видел, что подписывал. Его посадили в полуторку, врач что-то совал ему в тощий вещевой мешок. Привезли на станцию и посадили в вагон. Как он ехал на поезде, в памяти почти не отложилось.

В Новосибирске добрел до родительского дома и упал на крыльце. Мать выходила. Выжил солдат, через три месяца пошел на работу на кинокопировальную фабрику. Работал там до 60 лет токарем, невзирая на искалеченную в лагере руку. Жена хорошая досталась Ивану Петровичу, но рано умерла. Они вдвоем воспитали двух ее детей.

Вопрос с жильем тогда был очень быстро решен: Иван Петрович получил благоустроенную однокомнатную квартиру, а ветхий домик, в котором ему уже было жить невозможно, государство взяло себе.

Ивана Петровича уже давно нет в живых. Я решил рассказать эту историю, для того чтобы люди узнали о бойцах пограничного полка, которые погибли, защищая родину, в июне 1941 года. Если бы все воинские части Красной армии были к войне подготовлены так, как тот пограничный полк, то война так долго не продолжалась бы и не погибло бы столько советских людей, что до сих пор сосчитать не могут.