USD 75.5873 EUR 84.9526

«Мы должны влиять на время»

Анжелина ДЕРЯБИНА

Евгений КОНДРАТЬЕВ, 72 года, подполковник в отставке, педагог, руководитель военно-патриотического клуба «Сибиряк»

Я принадлежу к послевоенному поколению. Родился в 1948 году в городе трудовой доблести Боровичи Новгородской области. Отец был двенадцатым ребенком в семье, а всего было 15 детей, трое умерли в детстве. Одиннадцать братьев ушли на фронт — семеро домой не вернулись. Поэтому 9 Мая было тяжелым праздником.

Мой дед по матери на фронте был контужен, дважды ранен. Его парализовало на правую сторону. Ходил с палкой в лес, одной левой рукой валил деревья, заготавливал дрова. Чтобы поднять вязанку на крыльцо, он брал толстую пеньковую веревку в зубы и, опираясь на палку, шагал по ступеням. Мне было лет пятнадцать, когда я решил повторить. Думал, челюсти вылетели, дня три зубы болели. Вот это был дед.

Детство до пяти лет — это счастье. Воспитывался у бабушки и деда Антона, они для меня были всем. В то время не успел толком увидеть родителей. Мне было четыре года, когда отец впервые приехал в отпуск. А через год родители забрали меня в Калининград, где отец служил в авиации.

Последствия войны в Калининграде были страшные, все разорено. Каждый день за городом раздавались взрывы — это саперы находили мины, взрывные устройства и обезвреживали их. В Калининграде осталось много немецких бункеров, мы бегали по ним и играли в войну. Самое страшное, буквально до слез, — «немцем» быть никто не хотел. Мы уехали из Калининграда в 1957-м. А через год получили письмо от отцовского друга дяди Володи Иванова. Он написал, что его единственный сын, тоже Женя, подорвался на мине.

Что такое война? Это самое страшное слово для любого народа. Военным стать не мечтал, это как-то естественно получилось. Три друга, все механики, мы подались на великие стройки. Выбрали самую крайнюю точку — Тюмень. Я заступил механиком в мехцех на завод № 1. На этом участке работали заключенные — слесари, токари, кузнецы. Работа была непростая. Как молодой специалист, я обязан был отработать три года, но я хотел в армию. В весенний призыв трижды обращался к военкому, и он сдался.

Попал в технические войска ПВО. Эшелоном прибыл в Новосибирск, в учебку. Зима 1968–1969 годов, мороз страшный. Затем Ленинск-Кузнецкий, РЛС 14-й армии ПВО. Как раз тогда пришел приказ — перевести с трех лет службы на два года. Служили ребята с образованием, даже университетским. У всех спортивные разряды, здоровье отменное. Был чемпионом части по метанию гранаты, метал более чем на 60 метров. Сейчас редко кто может — вижу по военно-спортивным играм, которые проводим.

Станции системы ПВО перекрывали наше воздушное пространство, чтобы не пропустить цели. Была развернута работа по спутникам. Когда проходил запуск в космос, мы, наверное, раньше всех знали об этом. В марте 1969 года произошел военный конфликт на острове Даманский. Тогда рапорты добровольцами написала вся рота. Но наша задача была беречь небо. В то время я был секретчиком-кодировщиком. Можно сказать, тот эпизод истории знаю изнутри.

Наше поколение воспитано на реальных примерах героизма. Они были без кривды. Мы общались с фронтовиками. Они много не рассказывали. Но вот заходишь, например, в душ, там ходят взрослые дядечки — в шрамах, со следами от пуль на теле. Этот в Сталинграде сражался, другой — на Курской дуге, третий — под Москвой. И не можешь себе позволить плохо служить. Я был отличником армии. И помнил всегда слова об армии — «священный долг и почетная обязанность».

Фото из личного архива Евгения КОНДРАТЬЕВА

Фото из личного архива Евгения КОНДРАТЬЕВА

В 90-е годы слово «патриот» стало ругательным. Когда развалился Союз, для людей, которые страну спасли от фашистов, это, наверное, страшнее, чем война. Они воевали с гитлеровцами, знали врага в лицо. А тут Отечество, за которое положены миллионы жизней, разрушилось без одного выстрела, изнутри, по предательству. Уже которое поколение выросло без всяких идей и идеалов. Было время, когда нам даже было предписано на службу приходить в гражданке — на молодых офицеров иногда нападали. Но я так никогда не делал: что я за защитник Отечества, если боюсь по своим улицам в форме ходить?

Сейчас работаю с детьми, подростками, и это замечательные парни и девчонки. Много лет я судья на огневых многоборьях. Занимался с сельскими районами организацией службы на посту № 1. Десять лет работал в областном учебном авиацентре имени Покрышкина. Проводим военно-спортивные игры «Победа», «Молодецкие игры». Готовимся к окружному смотру-конкурсу строя и песни «Аты-баты…». Детям, подросткам это нужно, у них глаза горят!

Говорят, что люди больше похожи на свое время, чем на своих отцов. Мы должны влиять на время. Хотя бы в меру своих сил. Чтобы нынешние дети гордились своей страной, чтобы для всех парней служба в армии снова стала делом чести.

Комментарии