USD 74.3615 EUR 90.4087

Что такое Чекатиф, или Как сибиряки победили эпидемию

Роман СИДОРОВ, д-р ист. наук Владислав КОКОУЛИН
Фото из фонда Государственного архива Новосибирской области
Фото из фонда Государственного архива Новосибирской области

Чуть более века назад наших земляков тысячами косила страшная болезнь. О том, как они ее пережили, повествуют архивные документы

Слова «пандемия» и «ковид» прочно вошли в лексикон сибиряков. Ежедневные сводки о числе заразившихся и выздоровевших стали частью нашей жизни. Кажется, что может быть хуже? Может. Вернее, уже было. Сто лет назад.

В начале прошлого века Сибирь пережила страшнейшую эпидемию тифа. Умерших от этого заболевания было так много, что их не успевали хоронить или сжигать, и трупы штабелями лежали на центральных улицах сибирских городов: Омска, Томска, Новониколаевска. По мнению некоторых историков, потери от тифа в Сибири в 20 раз превзошли боевые потери от военных действий в период Гражданской войны.

Врачи определяют три вида заболевания со схожими симптомами — сыпной, брюшной и возвратный тиф. Они распространяются разными путями: сыпной — вшами, брюшной — мухами. Эпидемии тифа в истории связывают с периодами войн, голода или социальных потрясений. Сочетание трех предвестников эпидемии — войны, антисанитарии и скученности людей — как раз и сложилось в годы Гражданской войны в Сибири.

Санитарное состояние города было плачевным

В Новониколаевске в 1919 году жители Жуковской, Кольцовской и Писаревской улиц писали жалобы на действия ассенизационного обоза городского самоуправления, который выливал нечистоты под их окнами.

Пустырь напротив Второй городской больницы на Потанинской улице был превращен в свалку нечистот.

Во дворе дома № 50 на Гудимовской улице, в котором помещалась колбасная Навроцкого, были «кучи навоза, гниющих отбросов и ручьи подозрительной жидкости».

12 июня комиссия городской управы осмотрела местность, примыкающую к «холодильнику». В городском бору рядом с дачной дорогой проверяющие обнаружили три ямы, куда сваливались отбросы. Комиссия предписала эту свалку «немедленно прекратить».

Недалеко от устья 1-й Ельцовки и вблизи склада Нобеля свалили свинину, которая «разлагалась и производила зловоние». Особенно этот запах досаждал купающимся в реке. Ходили слухи, что это то мясо, которое испортилось на «холодильнике».

Проезд и проход на углу улиц Иркутской и Ядринцевской в центре города стал невозможен: здесь тек грязный ручей, который образовал «вонючую топь». В этой грязи однажды утонул воз с дровами, а в другой раз «какой-то прохожий, не рассчитав своего прыжка, увяз в грязи и с трудом вышел».*

Антисанитария стала одной из причин распространения инфекционных заболеваний. На первом месте, естественно, был тиф.

Эпидемия распространялась быстро: с 15 по 22 ноября 1918 года в Сибири болело тифом 697 человек, с 22 по 30 ноября — 849, с 1 по 7 декабря — 871.

В пределах территории, занятой белыми, масштабы эпидемии были еще шире: с 1 по 31 марта 1919 года в 40 городах, находившихся в местностях, освобожденных от советской власти, болело тифом 17 390 человек, в Омске — 3 337.

Помимо тифа, повсюду распространялись холера, дизентерия, скарлатина и оспа.

Падение режима Колчака

Вспышка инфекции стала настоящей катастрофой, когда началось стремительное отступление колчаковской армии на восток. В Омске после взятия его Красной армией в ноябре 1919 года было больше 15 тысяч тифозных больных, они жили по частным квартирам, заражая здоровых. Ежедневно в городе умирало от 100 до 200 человек, и хоронить их было просто некому: многие были беженцами из европейской части России и не имели в Омске родственников. Горожане просто отвозили такие трупы на городскую свалку.

049-06-03.jpg

Жертвы эпидемии тифа. Новониколаевк, декабрь 1919 г. Фото из фонда Государственного архива Новосибирской области. Публикуются впервые

В Томске болело тифом более 12 тысяч человек, в Красноярске — более 15 тысяч.

В Новониколаевске на станции стояли вагоны, в которых было более 5 тысяч трупов, в военном городке — более 12 тысяч. В самом городе тела умерших складывали в часовне на Николаевском проспекте, а когда она заполнилась — рядом с ней, штабелями**.

Распространение эпидемии сдерживало лишь то, что была зима и стояли морозы. Если бы до весны не были приняты соответствующие меры, сибирские города просто вымерли бы. В феврале 1920 года был зарегистрирован пик заболеваемости: 82 688 человек страдали сыпным тифом, 59 539 — возвратным и более 9 тысяч — брюшным.

Создание «чрезвычайки» по борьбе с тифом

После того как Красная армия заняла Омск и стали понятны масштабы бедствия, Сибревком организовал Чрезвычайную комиссию по борьбе с тифом (Чекатиф), которой были даны диктаторские полномочия: ее требования подлежали беспрекословному выполнению всеми гражданскими и военными властями на местах. По мере продвижения красных по Сибири стало понятно, что беда касается не только Омска, но и других местных городов, и комиссию переименовали в Сибчекатиф, распространив ее полномочия на все освобождаемые от белых территории.

Органы здравоохранения советской Сибири начинали свою деятельность в исключительно трудных условиях. Отступавшая армия Колчака бросала без всякого ухода своих больных солдат.

Особенно тяжелая обстановка сложилась по линии железной дороги в районе Новониколаевска. В самом городе к приходу советской власти не осталось почти ни одного дома, где бы не было больных. Эпидемию усугубляли разруха, недостаток медикаментов и врачей.

В большинстве городов была срочно расширена сеть больниц и госпиталей, куда свозили всех больных тифом.

Воду горожанам стали доставлять бесплатно, мыло распределялось по карточкам — по минимальной цене. Все бани были обеспечены дровами и запущены на полную мощность.

Всем, кто был занят в Чекатифе, предоставлялась возможность внеочередной помывки в бане и дополнительное питание. Беженцев, которые не болели тифом, расселяли из городов по окрестным деревням, уменьшая скученность городских жителей.

Все нечистоты в городах собирали и утилизировали. Трупы также собирали и закапывали, засыпав известью, или сжигали, сложив штабелями вместе с дровами и облив керосином. В феврале 1920 года в Новониколаевске для сжигания трупов был построен крематорий.

Чрезвычайные меры в действии

Быстрое распространение инфекции потребовало чрезвычайных мер. 5 декабря 1919 года на основании постановления Сибревкома была создана Омская чрезвычайная комиссия по борьбе с тифом, которая уже 12 декабря была преобразована в Сибчекатиф. Соответствующие органы создавались и на местах. В Томской губернии 26 декабря 1919 года начал работу Чрезвычайный медицинский комитет, который 30 декабря того же года был преобразован в Чрезвычайную комиссию по борьбе с тифом, действующую на территории Томской губернии и Семипалатинской области.

049-06-02.jpg

Захоронение жертв эпидемии тифа. Новониколаевк, декабрь 1919 г. Фото из фонда Государственного архива Новосибирской области. Публикуются впервые

Руководство Губернского чекатифа (Губчекатиф) находилось в Новониколаевске, который с 23 декабря 1919 года до 14 марта 1920 года считался центром Томской губернии. Первое заседание этой комиссии состоялось 30 декабря 1919 года, на нем были определены ее полномочия и структура. Было решено, что ей «предоставляется вся полнота власти по проведению всех мер по борьбе с тифом. Распоряжения обязательны для военных и гражданских властей».

Начало практической работы, накопление опыта и масштабы эпидемии, достигшей в январе 1920 году максимума, вызвали расширение деятельности губернской комиссии, изменение ее структуры и подразделений. Например, в ремонтной подкомиссии 10 января 1920 года был создан банно-прачечный отдел. К обязанностям транспортной подкомиссии добавились отправка больных в госпитали, рытье могил и уборка трупов, в результате чего при подкомиссии возник отдел кремации.

Медицинские задачи

Губернская комиссия по борьбе с тифом 8 января 1920 года постановила образовать медицинскую подкомиссию. И та приступила к работе 21 января того же года. В ее задачи входили: учет и распределение медицинского оборудования и предметов первой необходимости, перераспределение в нужных случаях медперсонала, размещение больных, обследование домов для выявления тифозных больных, контроль за работой всех лечебных заведений по ликвидации эпидемии, дезинфекция.

Расширение и конкретизация поставленных задач вызвали создание подразделений. Постановлением Губчекатифа от 31 января № 16 при медицинской подкомиссии был образован санитарный отряд, который должен был осуществлять внешний санитарный надзор в Новониколаевске, обход домов, установление карантина; командировки по губернии групп для борьбы с эпидемией и соответствующую помощь местным организациям; инструктаж населения на местах, в том числе вдоль железной дороги.

Санитарный отряд организовали по военному образцу из добровольцев и военнопленных солдат колчаковской армии. Он состоял из штаба отряда, хозяйственной части и четырех батальонов. В середине марта к ним добавились дезинфекционная и нестроевая команды. Приказом Губчекатифа от 1 марта 1920 года при медицинской подкомиссии была создана фармацевтическая комиссия, первое заседание которой состоялось 13 марта.

По инициативе медицинской подкомиссии возникли научное общество врачей в Новониколаевске и санитарно-просветительный отдел (санпросвет) при Губчекатифе. Соответствующее решение было вынесено на заседании 3 февраля 1920 года, но фактически санпросвет действовал уже месяц в виде лекционной секции и редакционной комиссии при Губчекатифе. Санпросвет делился на три подотдела: издательский, выпускавший брошюры и листовки; музейно-выставочный, занимавшийся проведением лекций, и подотдел курсов медсестер и санитаров.

Изыскание дополнительных ресурсов

Размах эпидемии был таков, что постоянно требовалась мобилизация дополнительных ресурсов, в том числе людских. Для этого, во-первых, приказом Губревкома 13 февраля 1920 года образовалась санитарно-исполнительная комиссия при Губчекатифе, которая должна была привлекать гражданское население к уборке трупов и размещению больных.

Вместе с увеличением объема работ и усложнением структуры рос штат чрезвычайной комиссии. Больше всего людей насчитывалось в санитарном отряде (около 2 тысяч человек) и в ремонтной комиссии вместе со строительными отрядами (около 1 400 человек).

Губернская комиссия по борьбе с тифом в основном работала в Новониколаевске, но постепенно распространила свою деятельность на территорию Томской губернии, на очаги эпидемии.

В первых числах января 1920 года началась организация уездных, районных и городских чекатифов: 10 января — в селе Болотном, 12 января — в городах Боготол и Тайга, 14 января — в Щегловском уезде. В январе же возникла районная комиссия на Анжеро-Судженских копях.

Образование местных чекатифов продолжалось и позднее: 4 февраля 1920 года — в селе Чулымском, в конце февраля — в Кузнецком уезде. В марте 1920 года на территории губернии имелись Каинская, Кузнецкая, Мариинская, Томская и Щегловская уездные комиссии по борьбе с тифом. В Новониколаевском уезде соответствующие обязанности выполнял Губчекатиф. Службы по борьбе с эпидемией не было только в малонаселенном и лежащем в стороне от путей сообщения Нарымском крае.

Для предотвращения и быстрой ликвидации вспышек инфекции в губернии постановлением Сибревкома от 20 марта 1920 года начали создавать летучие санитарные отряды. Там, где заболеваемость была особенно высока, уездные чекатифы с января 1920 года образовывали волостные чекатифы из представителей волревкомов и медицинских работников.

Итоги борьбы с эпидемией

Органы по борьбе с тифом проделали большую работу. «Ревкомы и чекатифы мобилизовали всех медицинских работников и студентов-медиков старших курсов, организовали добровольные отряды (санитарные) из переболевших тифом людей, взяли на учет больницы, бани. Медикаменты и медицинское имущество были строго учтены и распределялись в централизованном порядке. Строились и ремонтировались госпитали, многие школы и помещения временно превращались в тифозные лазареты… Ревкомы и чекатифы объявляли «недели чистоты», периоды ударной работы по уничтожению очагов массовых заболеваний».

В конечном итоге с февраля 1920 года в Сибири, в том числе в Томской губернии, эпидемия пошла на убыль. Началось свертывание чрезвычайных органов по борьбе с тифом.

На заседании Губчекатифа 17 апреля 1920 года было вынесено решение прекратить деятельность с 20 апреля, а работу уездных чекатифов — в течение месяца. Тогда же решено было создать ликвидационную комиссию для рассмотрения отчетов о проделанной работе. Имущество и помещения Губчекатифа передавались гражданским и военным учреждениям Новониколаевска.

Конечно, все меры были бы бесполезными, если бы горожане не приучились соблюдать санитарные нормы: мыть руки, стирать одежду, вывозить навоз с улиц и нечистоты из уборных. Для наглядной агитации в городах развешивались плакаты. На улицах сибирских городов можно было увидеть плакат, на котором царь Николай II в виде вши держал в руках плеть, крест и нож. Или такой: рабочий, пригвоздив штыком буржуя и белогвардейца, занес руку с мылом над вошью.

В итоге к весне 1920 года удалось практически полностью справиться с этой эпидемией. Хотя, конечно, в 20-х годах прошлого века отдельные вспышки тифа, как, впрочем, и других заболеваний — холеры, малярии, кори, — в Сибири все же возникали, но масштабов эпидемии они уже не принимали.

 

* Источник: Русская речь (Новониколаевск). 1919. 29 мая, 1 июня, 7 июня, 20 июня, 18 июля // ГАНО. Ф. Д-97. Оп. 1. Д. 345. Л. 40.

** Источник: Кокоулин В. Г. Повседневная жизнь горожан Сибири в военно-революционные годы (июль 1914 — март 1921 г.). Новосибирск, 2013. С. 240, 241.

Комментарии