USD 71.5763 EUR 76.8344
 

Учитель Владимир Петрович

Подготовила Инна ВОЛОШИНА
Фото с сайта russianphoto.ru
Фото с сайта russianphoto.ru

Вот уже два месяца, как идут занятия в школах. Из своего окна я вижу, как утром бегут на уроки ученики первой смены. И вспомнился мне один случай из моей школьной жизни.

Было это в 1948 году. Я тогда учился в четвертом классе начальной школы деревни Ольгино Венгеровского района. В нашей школе, как понятно из названия, было всего четыре класса, а дальше надо было ходить в Усть-Изес, где была семилетка. А дотуда расстояние семь километров. И мы ходили туда и обратно, как будто так и надо. Ну да речь не об этом.

В нашей начальной школе было две учительницы. Одна, Мария Васильевна Чудакова, вела старшие классы — третий и четвертый; другая, Мария Андреевна Шакула, — первый и второй. В середине октября 1948 года Мария Васильевна тяжело заболела, и ее положили в районную больницу. На замену ей прибыл из усть-изесской семилетки учитель начальных классов. Фамилии не помню, а звали его Владимир Петрович. Это был фронтовик лет сорока. Он стал у нас классным руководителем.

Как-то утром зашел ко мне приятель Шурка Утин. По дороге до школы мы разговаривали на разные темы. Я рассказал Шурке, что сегодня урок географии, а я пробегал вчера по улице допоздна и ничего не выучил. А Шурка вспомнил, что его старший брат говорил, что новый учитель, мол, был контужен на фронте и поэтому плохо слышит. И посоветовал рассказать не урок, а что-нибудь другое — дескать, тот все равно ничего не поймет.

В нашем четвертом классе было шестнадцать мальчишек и девчонок. Раньше, при Марии Васильевне, за партами сидели мальчик с девочкой. При новом учителе все расселись кто как хотел. Мы сели с Шуркой. Начался урок. Учитель сказал, что сейчас мы повторим домашнее задание, а потом будет новая тема. Как сейчас помню, задание было про горы — их происхождение, расположение и так далее.

Добровольцев отвечать не нашлось. Тогда Владимир Петрович открыл журнал и вызвал меня к доске. Меня как жаром обожгло. Поплелся к доске, кое-как взял себя в руки и... начал потихоньку рассказывать стихотворение «Однажды в студеную зимнюю пору». Ученики уставились на меня с изумлением. Кто улыбается, кто пальцем у виска крутит. Закончил я стих, учитель сказал мне: «Садись». Сел я за парту и выдохнул: пронесло! А тут и звонок прозвенел.

У меня был старший брат 1924 года рождения, он служил в армии офицером и в то время как раз был дома на отдыхе. Он спросил меня, как дела в школе. Я сказал, что все нормально, и побежал на улицу, к Шурке, как мы и договаривались. Я одного не знал тогда: Владимир Петрович был другом моего брата, и тут как раз выдался им случай встретиться и поговорить. В тот день он пришел к нам на ужин. Как прошла встреча, мне неизвестно — я был на улице, играл с ребятами в войну. А когда вернулся, гость уже ушел и со стола было убрано. Я поел и сел делать уроки. И тут брат спросил меня, как я сегодня отвечал урок по географии. Я понял, что учитель ему все рассказал. Я не стал запираться и тоже рассказал о совете Шурки и о том, как все было. Думал я, что учитель глухой, а, оказывается, он в полном здравии и слышит прекрасно. Послушав мой рассказ, родители и брат не стали меня наказывать, а только посмеялись весело и дали наказ впредь учить уроки добросовестно. Но самое главное — этот случай стал для меня уроком на все последующие годы учебы. А наказание все-таки было: впоследствии вся деревня узнала, как Мишка Фролов по географии отвечал.

С уважением, Михаил ФРОЛОВ, Новосибирск

От редакции

Уважаемый Михаил Александрович! Мы очень благодарны вам за ваш прекрасный рассказ. Воспоминания о том, как люди жили в другие времена, всегда вызывают большой интерес. И особенно ценны эти рассказы деталями. Например, сегодня и представить сложно, чтобы двенадцатилетние дети ходили в школу за семь километров и чтобы их никто не охранял. Как все-таки изменилась наша жизнь...