USD 63.1697 EUR 70.3395

«Какие люди были добрые…»


Здравствуйте, уважаемая редакция газеты «Советская Сибирь»! Хочу рассказать о своем послевоенном детстве.

Родился я в 1946 году, но помню себя примерно с начала пятидесятых. Жили мы в поселке Караульном Тогучинского района. Поселок наш был небольшой — одна улица, застроенная деревянными домами и разными лачугами, крытыми дерном. Всех работоспособных мужиков призвали на фронт защищать нашу Родину, в деревне остались только подростки да инвалиды. Главной трудовой силой были женщины. В нашей деревне, как и во многих других в то время, не было ни света, ни телефона, ни радио. Домики освещали керосиновыми лампами, да и то если был керосин. Вот и все благоустройство.

Колхоз в Караульном организовали в тридцатых годах, он носил имя Горького. Колхоз был небогатый, машин никаких не было, все на конной тяге. Во время посевной приезжали трактора с МТС (машинно-тракторной станции), пахали и сеяли. Сеяли в основном пшеницу, овес, подсолнухи и коноплю. Во время уборочной тоже приезжали механизаторы с МТС и убирали урожай. Комбайны тогда были прицепные, а не самоходные, как сейчас. В полях устраивали станы — легкие строения из досок, где можно было укрыться от непогоды. Там же и обедали. Мы с братом вози­ли зерно на бестарке — это такой ящик, который ставили на телегу. То есть возил, конечно, брат, я-то еще маленький был. Подошло время обеда. Мы вместе с механизаторами сели за стол. Мне до сих пор вспоминается тот жирный борщ с бараниной и куском настоящего хлеба. Слезы из глаз, как подумаю, какие люди были добрые. За войну нахлебались, а все равно были добрые.

После уборки урожая зерно сначала очищали, а потом свозили на элеватор в Тогучин. Часть зерна оставляли на семена, в неприкосновенный запас и на трудодни. У кого больше трудодней, тому больше зерна. Взвешивали хлеб на больших весах, а потом развозили по домам. Дома зерно сушили — если хорошая погода, то во дворе, если плохая, то на русской печи, — а потом везли на водяную мельницу. Отруби шли на корм скоту, а из муки пекли хлеб. Помню, в 1952 году выдался хороший урожай. Люди возили излишки муки на базар. Мой дядя, Михаил Косарев, продал муку и купил радиоприемник на больших батареях, назывался он «Родина». Это было весной 1953 года, в начале марта. Приемник включили, и все пришли слушать Москву. В тот день как раз передавали про смерть Сталина. Люди слушали голос Левитана и плакали… Все это осталось в моей детской памяти.

Николай Андреевич КОСАРЕВ, г. Новосибирск

Комментарии