NA
USD 63.1697 EUR 70.3395

Оксана Бархаткова, официант ресторана, 37 лет

Анжелина ДЕРЯБИНА
Фото Аркадия УВАРОВА
Фото Аркадия УВАРОВА

«О чаевых — никому»

В 17 лет в первый раз пришла в пиццерию, она открылась напротив Центрального рынка. Мне так понравилось! Пахнет едой, так все красиво. Нашла обучающие курсы. Сначала была работником пиццерии, потом позвали официантом. Всю карьерную лестницу прошла: была барменом, администратором, управляющей рестораном. Но либо карьера, либо семья. Я выбрала семью. Вернулась в официантки, мне это больше нравится. Люблю свою работу, люблю общаться. Интересно кормить гостей, предлагать еду, напитки, рассказывать об этом. Большинство людей отвечают взаимностью.

Приходят звезды. Мы их видим на экране — и вдруг они здесь. Вчера у нас должен был быть Максим Галкин, но почему-то не пришел. Сейчас у нас в отеле живет Григорий Лепс, Стас Михайлов должен заехать. Евгений Петросян дня три-четыре ходил. Очень милый человек: сфотографироваться — пожалуйста, на чай оставлял очень щедро, кухня понравилась. Был Егор Крид — дважды вечером, потом завтракать приходил. И еще недавно был Скруджи. Оказался очень приятным молодым человеком. Баста приходил, девчонки наши в восторге, что он без пафоса, без звездной болезни.

Американцы могут заказать стейк из мраморной говядины и… обязательно картофель фри! Есть столько вкусных вещей, но нет — на гарнир будет картошка фри.

Щедрость — это качество, которое нельзя узнать по одежде, выбору блюд, лицу, уровню доходов.

У официантов есть свое суеверие: нельзя никому говорить о чаевых. Все, что вы заработали, это все ваше. Есть у официантов свои гости, которые приходят и хотят видеть только эту девушку или этого парня и вознаграждение оставляют исключительно ему. Если возьмет этого гостя другой, то вознаграждения не будет.

Однажды семья из шести человек отмечала день рождения. У одной из девушек муж иностранец. Он сразу попросил принести кока-колу. Он это объяснил тем, что у него болит желудок. И он думает, что она лечит, что она ему поможет. Они очень интересные, забавные, вежливые, тактичные, воспитанные, как бальзам.

Чаевые оставляют процентов 80 гостей. У европейцев принято — 10 процентов сверх счета. А вот в Китае и Японии, насколько я знаю, это не принято, считается дурным тоном и оскорблением. Когда гости из этих стран приходят к нам, то мы уже знаем, что ничего не получим. Они скажут: «Спасибо, все было вкусно», но ничего не оставят на чай. А вот корейцы — они очень щедрые.

Домой я прихожу в полвторого ночи, на работу к деся­ти часам утра. Привыкла. Я как-то пыталась уйти из общепита. Решила, что хватит ездить по ночам, хочу, как белые люди, пятидневку, с восьми до пяти. Но организм настолько привыкает... Ты приходишь домой ночью, тебе нужно принять душ, попить чайку и ложиться спать. А приходишь домой в пять вечера с «нормальной» работы, и организм говорит: «Ложись спать!» Я ничего не могла делать. Как можно отдохнуть на выходных, если спишь до трех? Меня хватило месяца на два. Потом начались недосыпания, невроз. Вернулась обратно.

Отношение к стеклу, фарфору, вообще к посуде изменилось. Начинаешь выбирать, нравится на все это смотреть. И еда — предмет особого интереса. Я люблю готовить, люблю кухню, все вкусное. Спрашиваю все рецепты, как что готовится, а потом экспериментирую на домашних. Мы, кстати, не едим фри, мои дочери не употребляют чипсы, не пьют кока-колу. Старшая дочь ругает меня, когда я покупаю колу: «Мама, ты опять пьешь эту гадость!» — «Ну, так захотелось!» — умоляюще смотрю на нее.

Вкус напитка меняется, если бокал натерт. Мы хотим не только чувствовать вкус, но и видеть. Эстетика — это тоже вкус. Мой дядюшка пьет коньяк из рюмки, у него есть такая специальная. Человек старой закалки, советские времена наложили на него отпечаток. И вообще на многих людей.

Однажды я пролила на себя три тарелки ухи — только с плиты сняли. Обидно было не то, что я себя обожгла, а что вовремя не вынесла суп гостям. Официант всегда, принимая заказ, рассчитывает по времени свои действия: салат, суп, горячее, напитки... Он не будет ходить туда-сюда, все просчитано.

Утром самое главное — лицо нарисовать, остальное неважно. Можно на работу пораньше приехать и косички заплести, форму погладить.

Если вы не знаете, какой нож или вилка для чего, — спрашивайте, разговаривайте, не стесняйтесь. Необязательно все должны знать, для чего лежит здесь 35 ножей. Всегда должно быть комфортно, и не надо изображать никого, надо быть самим собой. Ведь это же проще.

Комментарии