USD 63.1697 EUR 70.3395

Сильные духом всегда найдут друг друга

Виталий ЗЛОДЕЕВ. Фото из архива ОКОД НЭТИ.
Так они держали экзамен на вступление в студенческий оперативный отряд.
Так они держали экзамен на вступление в студенческий оперативный отряд.

Упоминая в этом контексте студенческих дружинников, можно предположить, что эта была вообще безумная профанация. Но на деле все оказалось ровно наоборот — студенческие оперативные отряды, празднующие в эти дни полувековой юбилей, были реальной силой. Со своими героями — самыми настоящими — и традициями, над которыми время оказалось не властно.

Назыф всегда с нами
Вы никогда больше не встретите этого высокого стройного парня с удивительными темно-синими глазами. Его нет с нами на лекциях, он не бежит в чертежку. Друзья не услышат из его уст стихов, которые он так любил, не увидят на занятиях секций самбо или плавания. Он больше не пройдет по улицам Новосибирска с патрулем оперативной группы, охраняя покой затихающего города.

Черной молнией в этот солнечный весенний день пронеслась весть о трагической гибели Назыфа Халимова.

— Неправда, это ошибка! — хотелось крикнуть.

Но это была самая страшная, самая беспощадная правда. С болью в сердце прощались мы с нашим другом Назыфом. Это было что-то несовместимое: Назыф, всегда полный силы, энергии, Назыф, стремительный, как сама жизнь, — и похоронная музыка, мертвые цветы, слезы отчаяния и горя. Рука бандита и убийцы сделала несовместимое реальным. Остро почувствовал каждый из нас, как еще много дряни ходит по улицам нашего города.

Но преступник не только тот, кто ходит среди нас, пряча за пазухой нож, равнодушный — это тоже подлец, потому что с молчаливого согласия равнодушных существуют предательство и убийство.

Недаром пошла речь о равнодушных. Не будь их, может быть, и не случилась бы эта ужасная трагедия. В пять часов дня, в праздничный день, когда кругом было так много народу, нашелся только один человек — Александр Бялых, который поддержал Назыфа в схватке с распоясавшимися бандитами. Уже раненый, Назыф продолжал преследовать преступников, и был убит.

До последнего дыхания его жизнь была отдана борьбе с подлостью, и ничто не могло свернуть его с этого пути. За полтора года до гибели в схватке с хулиганами Назыфу нанесли тяжелый удар по голове, в результате чего он долго болел и вынужден был уйти в академический отпуск. Стремление к знаниям вернуло его в институт. Назыф продолжал активно работать в опергруппе института.

«Мамочка, я же железный, со мной ничего не случится», — успокаивал он разволновавшуюся мать, когда уходил на дежурство в штаб опергруппы.

И вот его нет. Но так же по вечерам выходят на улицы ребята из опергруппы имени Назыфа Халимова. Выходят дать бой пьяницам, хулиганам и равнодушным. И десятки комсомольцев, решивших отомстить за смерть Назыфа и продолжить его борьбу, сегодня вступили в ряды оперативной группы.

Над могилой Назыфа учащиеся школы №119, где он учился, решили заложить парк имени Назыфа Халимова, школа будет носить его имя. Назыф Халимов навечно останется на учете в комсомольской организации НЭТИ.

Вырастут яблони, посаженные его руками. Станут взрослыми пионеры из лагеря «Приморский» и навсегда сохранят память о любимом вожатом. Его стихи всегда будут звучать в сердцах его друзей.

Назыф всегда будет с нами — в наших делах, наших песнях, в памяти наших сердец. Назыф любил жизнь. Он жив… (газета «Энергия» (НЭТИ) 21.04.1966 г.)

8 марта 1966 года оперативный комсомольский отряд дружинников (ОКОД) НЭТИ (ныне НГТУ) навсегда утратил, пусть и официальное, звание общественной организации. Отныне они стали братством, спаянным кровью одного из лучших своих товарищей. Назыф Халимов пал от ножа бандита, защищая честь девушек, показав при этом, что честь и мужество — не пустые слова и для студенчества, считающегося беззаботным народом. Даже спустя 44 года в техническом университете продолжается вахта Памяти. После десятилетия разброда и шатаний в стране ОКОД возродился в лице студенческой оперативной дружины (СОД). Сегодня их всего 15 из 20000 студентов НГТУ, но они по-прежнему выходят на борьбу с неискоренимыми проблемами общества.

Расширяя границы
С одним из руководителей ОКОД НЭТИ (с 1984 по 1988 годы) — Федором Николаевичем Маляренко — мы сидим в недорогой и уютной кофейне, в одном из корпусов его альма-матер. Бывший командир доволен качеством предложенного напитка, но с большим удовольствием вспоминает былые времена:

— В 70—80-е годы в НЭТИ была также потрясающая кофейня! Кофе-машина даже была, что по тем временам просто нонсенс. Да и вообще весь студенческий городок был центром притяжения района.

— В связи с чем, уверен, возникали и сомнительные ситуации, тем более что все крупные студенческие кампусы всегда были лакомым кусочком для асоциальных личностей. Скажем, лет 5 — 10 назад весь город знал, что в районе метро «Студенческая», где расположены два крупных вуза, можно без проблем купить травки. А в 80-х что было главной бедой?

— Наркотики, при всей их пагубности, к счастью, не стали доминирующим пороком общества. Пьянство и еще раз пьянство: 25 лет назад и сегодня. По-настоящему организованная преступность занимает немного места в отчетах милиции, большая часть правонарушений и преступлений происходит «по пьяни».

— Мне крайне сложно представить себе студента, который практически выполняет функции милиции. Чаще видишь вообще фантасмагорию: идут два молодых худеньких сержантика, а на скамейке в парке компания «отдыхает» человек из восьми. К ним ни в жисть не подойдут, лучше одинокого пьянчужку схватят. А как тогда обстояло дело? Как студент мог кого-то задерживать и в чем-то обвинять?

— Слово «студент» здесь неуместно. Если вышел в рейд, то ты уже оперативный сотрудник. Я не скажу, что отбор в отряд был жестче, чем в комсомол или партию, но просто так туда не попадали. Нас было всего 120 человек на 10000 студентов. Каждый новичок привлекался только по рекомендации уже действующего члена отряда. В обязательном порядке проверялось знание Уголовного и Административного кодексов, оценивалась физическая готовность кандидатов. Обязательной была и сдача «кандидатского стажа» — прохождение «рекрутской» подготовки, умение работать оперативным сотрудником в реальных городских условиях, то есть в жесткой связке. На дежурство в определенный район выходила группа примерно из 15 — 20 человек. При этом все работали в «двойках», следовали друг за другом, отслеживали маневры, следили за тайными знаками.

— Просто какой-то шпионский триллер…

— Звучит, может, и забавно, но представьте простую жизненную ситуацию. Идет пара дружинников, а на лавочке молодежь пиво пьет. Одним замечание сделаешь — они успокоятся, а другие за ножи да палки схватятся. И общающаяся с правонарушителями «двойка» в случае чего должна дать незаметный знак идущим за ними. Чтобы они пришли на помощь.

— А вы работали только на территории вуза?

— Что вы, сферой нашего влияния был практически весь Ленинский район — от Оби в районе Горской до улицы Немировича-Данченко, вблизи издательства «Советская Сибирь». Дальше начиналась Кировка, но мы, бывало, и туда заходили, правда, нечасто. Тесно сотрудничали с милицией, другими службами правопорядка. Дело-то было общее. Показательно, что Назыф погиб не вблизи своего вуза, а в центре города, на пересечении улиц Советской и Вокзальной магистрали. То есть оперативник, где бы ни находился, всегда был готов встать на защиту справедливости и закона.

— У нас, по факту, такое общество, что оно никогда не любило закон и порядок и особенно людей, его охраняющих. Назыф Халимов погиб не из-за того, что он студент или дружинник, а просто неравнодушный человек был. А конкретно, при обычных контактах с людьми, была серьезная неприязнь с их стороны?

— Надо отдать должное — относились временами по-отечески, по-доброму. Хотя… Было всякое, но люди (с обеих сторон) знали, что это дело чести, совести, и оно должно быть сделано хорошо. Если уж быть откровенными, то студенческие отряды дружинников были созданы не просто на гребне моды, а, скорее, от безысходности. В 59 — 60-х годах прошлого века вокруг нынешнего НГТУ был частный сектор со всеми «прелестями», сохранившимися до сих пор. И в какой-то момент просто надоел этот бардак...

Наши дни
Новая страница истории оперотрядов пока скудна. Они воссозданы, они действуют, но там… всего 15 человек. Доктор философии в области права, академик Европейской академии естественных наук и не по совместительству, а по душе — ветеран ОКОД и начальник штаба дружины СОД НГТУ Игорь Токарчук данную невеселую статистику воспринимает с большой надеждой:

— Понимаете, в наших рядах самые лучшие, самые сильные. Парни, которые занимаются спортом, не пьют и не курят. Они, может быть, малопопулярны в обществе, но это элита: люди, сильные духом, телом, светлые помыслами, которые неизбежно собираются вместе. Так было все 50 лет — и традиция продолжается!

Фотографии статьи
Назыф Халимов.
Каждый год, 8 марта, в день гибели Назыфа, на его могиле принимали присягу новые члены оперотряда.

Комментарии